ENG | РУС Новости О музее Посетителю Достопримечательности Литература Контакты Археологические исследования Фестиваль
исакий

Отчет о полевых исследованиях Любшанского городища в 1998 году

Рябинин Е. А. Отчет о полевых исследованиях Любшанского городища в 1998 году

Институт истории материальной культуры РАН
Рябинин Е.А.
ОТЧЕТ Волховского отряда ИИМК РАН об исследовании
Любшанского городища (Волховский район Ленинградской области) в 1998 г.
Открытый лист № 537 (форма № 1)
Санкт-Петербург 1999 г.

   10 июля - 10 сентября 1998 г. Волховский отряд ИИМК РАН продолжил начатое в 1997 г. исследование средневекового городища в устье р.Любши - мелкого притока р.Волхов в окрестностях пос. Старая Ладога (Волховский район Ленинградской области). [1]
   Любшанское городище расположено в 2 км к северо-востоку от древнейшего участка Староладожского поселения (т.н.Земляное городище) и Ладожской каменной крепости на противоположном, правом берегу Волхова. Оно занимает мыс в северо-восточной оконечности излучины р.Волхов, имеющей широтную направленность и километровую протяженность (рис.1)
   По типологическим признакам памятник относится к городищам мысового типа. С севера он ограничен верхней надпойменной террасой р.Волхов с крутыми (до 7-8 м высотой) скатами, переходящими далее в сторону реки в низинную и затопляемую в настоящее время во время половодья нижнюю террасу. С восточной стороны городищенская площадка маркирована своими границами более пологим спуском к р.Любше, обнажающим своего рода террасный переход к каньону этого притока Волхова. С юга, юго-запада и запада расположен сильно оплывший подковообразный вал общей протяженностью около 70 м. Высота вала на разных его участках значительно варьирует, достигая с напольной, наиболее защищенной стороны, уровня по отношению к подошве 3 м. Ширина оплывшего основания земляных укреплений составляет с напольной стороны от 12 до 18 м.
   Судить о размерах освоенной зоны застройки Любшанского городища в настоящее время не представляется возможным. В XVIII- начале XX в. этот археологический объект находился в родовом имении Шаховских, где на протяжении многих десятилетий производились строительные работы и плантаж местности. В Отечественную войну Любшанское городище и его ближайшая округа были заняты госпиталем Волховского фронта. На территории памятника были размещены санитарные строения, фундаментные основы которых разрушили культурный слой. Кроме того, в виду близости фронта для охраны госпиталя здесь здесь располагался военный гарнизон. Следы окопов и траншей этого времени сохранились до настоящего времени.
   Тем не менее, общие параметры городища могут быть предварительно определены в следующих пределах. Размеры всего городища, включая его оборонительные сооружения, составляют по линии СЮ около 45 м, по линии 3В (по максимальной протяженности обоих измерений) - около 45 м. Общая площадь памятника с учетом валов не превышает 1800 кв.м. Максимальная протяженность городищенской площадки по линии СЮ составляет около 35м, протяженность по линии 3В - 30 м, размеры внутривальной части поселения исчисляются в пределах около 1 000 кв.м.
   В 1968 г. городище рекогносцировочно обследовалось С.Н.Орловым. В 1970-1972 гг. его изучение было продолжено экспедицией Староладожского музея, а затем Княщинским отрядом ЛОИА АН СССР под руководством В.ППетренко при участии Г.С.Лебедева.[2] В процессе этих работ была осуществлена прорезка вала с превращением прорезочной траншеи в раскоп на площадке памятника и заложен ряд шурфов за пределами городища. Общая вскрытая площадь составила около 120 кв.м.
   При исследовании памятника отмечены слабо выраженные следы освоения этого участка «в эпоху раннего металла». Основной период его заселения, связанный с возведением земляных укреплений, относится к последней четверти I тыс.н.э. Получены также данные о возобновлении жизни на поселении после многовекового перерыва -предположительно в позднем средневековье. Вместе с тем, разрушенность основной части памятника, уже не пригодной для изучения, определила ограниченный объем произведенных раскопок и неоднозначность полученной археологической информации.
   В 1997 г. было произведено исследование вала городища с зачисткой его гребня и склонов на двух участках и частичной прорезкой «тела» насыпи. Раскоп I (раскоп I, участок 1 по номенклатуре 1998 г.) был заложен в юго-восточной части вала, примыкающей к краю возвышенной городищенской площадки с последующим террасным переходом к крутому берегу р.Любши. С запада он смыкается с перпендикулярно расположенной траншеей 1970-1972 гг. При снятии дерна выявлены каменные конструктивные элементы укреплений[3]. Длина раскрытого участка по верху конструкции составила 12 м при ширине около 1.6 м. Перепад высотных отметок от границы с траншеей начала 1970-х гг. до исследованой оконечности каменного объекта в сторону р.Любши составляет 2.0 м. За относительную отметку 0.00 м принята условная отметка кладки в центральной части раскопа, выявленная по гребню вала. К этому горизонту привязывались все дальнейшие уровни раскопа I из раскопок обоих полевых сезонов.
   Установлено, что валообразная насыпь на участке 1997 г. с напольной стороны была укреплена подпорной стенкой из колотой постелистой известняковой плиты высотой 1.8 м ломаного профиля . Ее нижняя часть имеет пологий уклон (подошва выдвинута на 1.2 м). Верхняя часть, сохранившаяся на высоту 0.6 м, характеризуется отвесным положением конструктивных остатков. С напольной стороны подпорная стенка перекрыта насыпными слоями из глины, суглинка и супеси, поверх которых прослежена отмостка -«чешуя» из мелких обломков плиты, не имеющая упорядоченной структуры. Последняя прослежена на всем протяжении (8.5 м) участка, расчищенного в сторону подошвы вала. Отмостка не разбиралась, однако некоторые данные позволяют предполагать наличие под ней упорядоченных линий блоков постелистой плиты, расположенных параллельно и на расстоянии 4.8-6.8 м от верхней подпорной стенки. Вполне вероятно, что изначально могли существовать еще одна-две менее выраженные нижние подпорные стенки, позднее перекрытые плитняковой «чешуей». Этот вопрос еще требует своего изучения.
   В 1997 г. на том же участке заложена траншея от  верха вала до его основания в сторону городшценской площадки. Тогда она была не доведена до материковой поверхности и завершена в 1998 г. В отчетном сезоне исследования юго-восточной части укреплений (раскоп I) были продолжены в трех основных направлениях:
а) завершение прорезки вала с внутренней стороны, в основании насыпи;
б) раскрытие и изучение каменной конструкции в восточном направлении (к пойме р.Любши);
в) зачистка восточной стенки траншеи В.П.Петренко и соединение ее с раскопом 1997 г.
Раскоп I, участок 1 (доследование прорезки вала 1997 г. с напольной стороны). Длина траншеи составила 5.6 м, ширина 1.2 м (рис.3)  Исходя из завершения ее вскрытия, целесообразно привести и данные о стратиграфии насыпи, полученные в предшествующем сезоне. Земляное укрепление (высота от нулевого репера на поверхности примыкающей к ней подпорной стенки - не более 1.7 м) сооружено из насыпных слоев глины и суглинка мощностью до 40-80 см. В основном это зеленые, серо-зеленые и коричневые глины, аналогичные осадочным породам, фиксируемым в обрезе берега Волхова. В насыпи встречаются расположенные без системы обломки известняковых плит; сплошная поверхностная отмостка здесь отсутствует.
   Выявленная по раскопкам 1997 г. последовательность возведения вала с его внутренней стороны вырисовывается следующим образом. В нижней части располагался насыпной суглинок коричневой окраски с включениями плитняковой крошки, имеющий высоту до 0.5 м и прослеживаемый в виде пологой насыпи (протяженность от центральной оси вала в сторону городищенской площадки составляет 1.5-1.6 м). Выше залегал слой однородной зеленой глины, особенностью которой является выраженная снивелированность поверхности. Высота данного уровня от основания составляет 0.9 м, протяженность уплощенной верхней площадки от линии наружной подпорной стенки составляет 2.9-3.0 м. Это позволяло предполагать взаимосвязь устройства снивелированной насыпи с какими-то деревянными оборонительными конструкциями, располагавшимися с внутренней стороны вала.
   Зеленая глина перекрыта коричневой глиной слоистой структуры, повторяющей по снивелированной конфигурации верха контуры нижележащего насыпного глина. Высота этого уровня от основания составляет около 1.2 м. По своей протяженности слой коричневой глины оказывается более значительным, прослеживаясь от линии опорной стенки к подошве вала на расстояние около 4 м.
Предположение о наличии деревянных конструкций в основании вала подтвердилось при работах отчетного сезона. При зачистке дна траншеи на уровне -1.64 м обнаружены следы субструкций, представляющих собой древесный тлен. По направлению волокон установлено, что два лежня (скорее всего - бревна) были уложены перпендикулярно каменной стенке и валу, их шаг в осях - 0.9 м (диаметр точно не определен, но составлял не менее 22 см).В продольном направлении, с шагом 2.9-3.0 м, лежат еще два бревна.
   Настоящая конструкция из одного венца-сруба выполнялась в основании насыпи с целью обеспечения ее равномерной осадки. Кроме шага лежней (0.9 х 2.9 м) она дает изначальные габариты вала, его внутренней части, и полностью совпадает с параметрами горизонтальной насыпной площадки вала. Отсутствие подобных остатков в вышележащих слоях указывает на то, что это не заполнявшиеся землей клетки, а именно распределительная конструкция.
     Ниже горизонтальных лежней выявлена прослойка темного гумуса толщиной 5-15 см с включениями углей и костей животных, находками единичных фрагментов лепной раннесредневековой керамики. Особенно интересна находка бронзового металлоплавильного слитка, позволяющая синхронизировать слой со следами активной ювелирной деятельности в раскопе II (об этом будет сказано ниже). Рассматриваемая прослойка перекывает незначительный по мощности темно-серый стерильный слой -погребенную почву. Материк (выветренная крыша известняка) отмечен на уровне -1.82 м.
Попытка получить дополнительные сведения о конструкции укрепления с напольной стороны не принесла положительных результатов. Заложенная с отступом в 1 м от раскопа 1997 г. к подошве вала траншея 4 х 2 м (участок 6) полностью вошла в пределы глубокой ямы, заполненной поздним строительным мусором и врезанной в материк. Можно лишь заключить, что последний представлен здесь стерильным коричневым слоистым суглинком.
   Раскоп I, участок 2. При расчистке верха каменной подпорной стенки вала в восточном направлении, к р.Любше, на расстоянии 2 м от границы раскрытия 1997 г. обнаружен поворот кладки к северу, почти под прямым углом. Поверхность кладки на этом участке исследована на ширину 3.2 м от угла (рис. 4-6)
Подпорная стенка, аналогичная по конструкции с кладкой 1997 г., выполнена из колотой постелистой известняковой плиты толщиной 8-14 см. Размеры плит неоднородны - от мелких обломков 20 х 20 см до значительных фрагментов 40 х 90 см. Система кладки (относительная горизонтальность рядов и отсутствие перевязки) свидетельствует об одновременности этой конструкции с исследованной ранее, в 1997 г. В качестве связующего материала использована зеленая местная глина, которая применялась для устройства насыпи вала.
    Верх исследуемой кладки сохранился на отметках -1.89-1.95 м, что соответствует падению отметок верха насыпи к Любше, а также падению материка. На протяжении 1.2 м верх вала понижается на 0.5 м в сторону поймы р.Любши.
   Сечение подпорной стенки после поворота сходно с ее сечением в зоне участка 1 (1997 г.). Вертикальная часть сохранилась на высоту 0.8 м. Ниже идет откосная часть с углом наклона около 35° к горизонту.
    Материк - коричневый слоистый суглинок - находится на отметках -3.30 м (в южной части) и -3.90 м (в северной). Также прослежена тенденция падения отметок к Любше. Нижние четыре ряда плит в угловой части, уложенные на материковую поверхность, расположены отвесно.
В стратиграфическом разрезе западной стенки видны насыпные слои вала, перекрывающие откосную часть подпорной стенки с напольной стороны на высоту 0.9 м от подошвы. В разрезе а-а (северная стенка) кладка скрыта почвенным слоем - следствие осыпания грунта по склону к востоку.
Кладка стенки в угловой части сохранилась достаточно хорошо, однако вследствие отсутствия перевязки отдельные блоки утратили горизотальность и из-за разницы осадки имеют наклон вниз.
На уровне основания кладки с напольной стороны прослежен тонкий гумусированный слой (1-1.5 см) с обилием рыбьей чешуи и костей. Этот слой мог быть погребенной поверхностью мыса при устройству щэдпи (нивелировочная отметка уровня -3.30м).
    Раскоп I, участок 3. Заложен в виде двух взаимно-перпендикулярных траншей к северу от участка 2, на расстоянии 3.25 м . Длина имеющего неправильную форму участка в направлении СЮ составляет 4.4 м, ширина 1.2 м. На глубине 0.3 м от дневной поверхности раскрыта кладка подпорной стенки, технические и конструктивные параметры которой совпадают с фрагментами на изученных ранее участках при значительно худшей сохранности самой кладки. Общая высота исследованной части 0.8 м, лицевая часть стенки в плане вогнута к западу. С напольной стороны зафиксированы два блока развала - вероятно, упавшие сверху. В северной части траншеи кладка подпорной стенки не фиксируется. Отметка материка из коричневого песчаника (выход породы на склон) -3.66 - 3.90 м.
В стратиграфическом разрезе южной стенки траншеи читаются насыпные слои из гумусированного коричневого слоистого суглинка, перемежающегося с зеленым суглинком и камнями - структурно сходные с вальной насыпью на участке 1. В северной части траншеи стратиграфия вала нарушена захоронением военного времени.
  В основании подпорной стенки здесь, как и на участке 2, зафиксирована тонкая темная гумусированная прослойка с большим количеством рыбьей чешуи. Ее нивелировочная отметка-3.80 м.
Зондаж предполагаемой трассы подпорной стенки к северу на протяжении 5м оказался безрезультататным. Здесь под слоем дерна залегает материк - блоки серо-коричневого песчаника. Небольшая разведочная траншея размерами 3 х 1.5 м (участок 5), заложенная по склону к Любше на расстоянии 6 м от участка 2, показала лишь резкое увеличение слабо гумусированного грунта без следов человеческой деятельности к понижающемуся скату возвышенности.
Раскоп I, участок 4.
    Заложен к востоку от траншеи В.П Петренко. Ширина в направлении 3В - 1 м, длина по линии СЮ - 8.5 м (рис. 16-20). Эта траншея соединена с раскопом 1997 года на уровне верха подпорной стенки траншеей 1.4x5 м. Участок интересен тем, что здесь с напольной стороны выявлена граница двух конструктивно различных частей укрепления.
Одно из них, по времени более раннее, представляет собой невысокую валообразную насыпь из мелких обломков известняковых плит с глинистыми включениями, рыбьей чешуей и рыбными костями (высота в сечении около 1.5 м). Эту насыпь перекрывает гумусированный слой мощностью 10-20 см. Южнее этой конструкции, непосредственно на материке (известняк с глинистыми прослойками, нивелировочная отметка -1.20 м) прослежен культурный слой (гумус с лепной керамикой и углями), мощностью 5-10 см.
   Валообразная насыпь нарощена желтой супесью до высоты -0.25 м, по которой уложены плиты постелистого известняка, толщиной 8-10 см, размерами от 15x15 см до 40х(90-100) см. Следует отметить, что система укладки и габариты плит, составляющих конструкцию на этом участке, отлична от ранее изученных в северо-восточной части укрепления и более сходна с конструкцией вала в раскопе II. Общая высота ее сохранившейся части с насыпью составляет около 1.6 м. Изменение характера кладки фиксируется на расстоянии 4 м к востоку от траншеи В.П. Петренко.
Материковая порода состоит из зеленой глины и крыши известняка. Раскоп II.
  В 1997 г. в северной части земляных укреплений на расстоянии около 6 м от визуально прослеживаемого завершения отрога вала в сторону р.Волхов ив 10 м от края верхней надпойменной террасы была заложена траншея 2. Траншея разбита перпендикулярно линии вала (по линии 3В с небольшим отклонением) со стороны городищенской площадки от гребня насыпи до ее подошвы. Задачей работ на этом участке являлось изучение конструктивного оформления вала с внутренней стороны и определение его структурного соотношения с исследованной частью вала в раскопе I. Раскопки были ограничены снятием дернового покрова и выходом на уровень каменной отмостки, располагавшейся по склону вала. Тогда же было зафиксировано и начато вскрытие культурного слоя у подошвы вала. Протяженность траншеи (квв. 0-3) в широтном направлении составила 7 м при ширине 2 м. За условный репер принят пикет «О» у северной стенки квадрата 0.
   В отчетном сезоне продолжено исследование заложенного ранее участка с расширением его площади (участок I) и произведено траншейное вскрытие напольной части вала Участок 1. Для определения границы подошвы вала со стороны городищенской площадки траншея 1997 г. продолжена в широтном направлении на 4 м (квв. 4-5). Ее восточный край вплотную примыкает к фундаменту разрушенного санитарного строения, при сооружении которого культурные отложения были полностью уничтожены. Для изучения непотревоженного культурного слоя, прослеженного у подошвы вала, заложена перпендикулярная к первой траншея (квв. 6-8). Вскрытая площадь участка составляет 34 кв.м..
   Рельеф северной оконечности вала с напольной стороны выражен слабо и характеризуется аморфностью очертаний. Как установлено в предыдущем сезоне, в значительной степени это обусловлено смещением позднего гумусного слоя. Перепад высотных отметок от гребня вала к площадке городища на протяжении исследованных 11 метров составляет не более 1.5м при практической снивелированности поверхности в 6 м от вершины насыпи.
   Под дерном толщиной 20-30 см ( его мощность из-за разветвленной корневой системы кустарника и однородного, сходного с дерном, нижележащего слоя определяется условно) залегает серый рыхлый гумус с включениями обломков плиты. Он образует покрытие вала, достигая наибольшей мощности - до 30-40 см - у его подошвы и составляя не более 10 см на самой площадке памятника. При разборке этого слоя в 1997 г. встречены многочисленные обломки гончарной посуды, характеристика которых приведена в отчете прошлого сезона. Формы сосудов принадлежат к позднему периоду и датируются XVIII-XIX вв., хотя происхождение некоторых из них может восходить к XVII в. Исходя из этого, можно заключить, что смещение гумусного слоя с городищенской площадки к внутреннему склону вала связано с работами по плантажу участка в эпоху существования усадьбы Шаховских.
   Серый гумусный слой перекрывает насыпь из желтой супеси. На ее поверхности расчищена «чешуя» из обломков известняковой плиты, аналогичная покрытию слоя коричневато-красной супеси с напольной стороны юго-восточной части вала (раскоп I). При обращении к характеру размещения этой нерегулярной отмостки на вскрытом участке установлено следующее(рис.8)  Разрозненные обломки плитняка локализуются на гребне вала (кв.О). Это наблюдение корреспондируется с данными прорезки напольной части насыпи (участок 2), где каменная отмостка отсутствует. Граница сплошного покрытия вала (линия квв. 3,6-8) соответствует конфигурации его подошвы; далее в сторону городищенской площадки встречаются лишь отдельные обломки известняковой плиты.
   Протяженность вала в пределах исследованного участка 1 составляет около 5 м. По его стратиграфии прослеживается последовательное сооружение насыпи из стерильной и слабо гумусированной супеси. Отсутствие в последней каких-либо археологических остатков свидетельствует о гумусированности супеси в результате ее смешения при насыпке вала с почвенным слоем. Темно-серый гомогенный слой мощностью около 20 см (погребенная почва) образует основание насыпи и выклинивается к ее подошве. С учетом погребенной почвы высота вала составляет 1.5 м, высота самой насыпи не превышает 1.1 м.
   У подошвы вала ниже позднего гумусного слоя выявлены непотревоженные культурные отложения эпохи раннего спредневековья. В основном они представлены темным сыпучим гумусом с включениями углей, золы, костей животных.рыб и рыбной чешуи ( «жилой слой»). Этот слой вплотную подходит к супесчаной насыпи укрепления. В отчете 1997 г. отмечалось, что он частично перекрывал плитняковую отмостку, распространяясь на основание вальной системы. После проведения новых раскопок это заключение подтвердилось при учете его определенной корректировки. Очевидно, что накопление темного гумуса действительно связано со временем существования вала. Однако частично перекрывающая «жилой слой» вымостка была сложена на несколько более позднем этапе функционирования укреплений, хотя и в условиях продолжающегося их использования. Можно предположить, что вывод об относительно позднем появлении отмостки на склоне вала применим и к конструктивным остаткам, выявленным в раскопе I. «Жилой слой» темного сыпучего гумуса с углями и золой отчетливо прослеживается на площади, локализованной в пределах квадратов 3 ,6 и ,частично, 2,4,7. Кроме того, его менее выраженное наличие отмечено при вскрытии квадратов 7 и 8. Наибольшая мощность слоя у подошвы вала (квв. 3,6) составляет 25-35 см, на остальных участках она не превышает 10-15 см. Нивелировочные отметки верха и низа в его основном ареале определяются в следующих пределах: кв.З - 130-160 см, кв.6 - 140-170 см. Именно на этом уровне сконцентрирована подавляющая часть встреченных индивидуальных находок и лепной керамики. «Жилой слой» в квадратах 2-4 непосредственно перекрывает материковую поверхность из плотной желтой супеси или залегает поверх расположенной выше материка прослойки слабо гумусированной серовато-желтой супеси .
   Несколько иная стратиграфическая ситуация выявлена при изучении нижних отложений в заложенной вдоль подошвы вала траншеи (квв. 6-8). На части этого участка в основании слоя прослежена прослойка черного гумуса, насыщенного углем и золой. Мощность «горелого слоя» составляет 5-10 см.Нивелировочные отметки его верхнего и нижнего уровней отмечены в интервалах: кв.6 - 170-185, кв. 7 - 160-175. В кв.8 слой постепенно выклинивается. В зоне накопления темного «жилого слоя» он перекрывает углистую прослойку. За его пределами фиксируется положение «горелого слоя» под серовато-желтой слабо гумусированной супесью. Вероятнее всего, это засыпка из грунта (смесь материковой супеси с дерном), связанная с жизнедеятельностью населения эпохи накопления «жилого слоя». Представляется несомненным относительно более раннее время отложения черной «горелой» прослойки. Ее характерной особенностью является насыщенность чешуей и костями рыб; встречены также кости животных. Индивидуальных находок не обнаружено, вещевой материал представлен фрагментами лепной керамики.
   В основании слоя выявлены четыре объекта (комплекса) с относительно близкими нивелировочными отметками (рис.9)
  Объект 1(квв. 1-2). Очаг из беспорядочно сложенных мелки: булыжных камней, большинство которых покрыто углистым нагаром и обожжено. Среди камней и под ними расчищено зольно-углистое пятно. На очаге зафиксировано скопление рыбьей чешуи и костей рыб. Встречены также единичные фрагменты измельченной лепной посуды. Размеры этого нерегулярного сооружения, частично вошедшего в пределы раскопа, составляют не менее 1.0 х 1.6м. Его нивелировочные отметки: -155-170 см.
  Объект 2(кв.З).В пределах исследованного участка выявлен лишь частично. Представляет кладку из валунов и мелкого булыжника, имеющего широтную протяженность 2 м (рис.30,33). Объект частично перекрыт крупными и лишенными следов пребывания в огне валунами, связанными, судя по стратиграфии стенки  с поздним перекопом. После их снятия расчищена конструкция из аккуратно сложенных в один-два яруса камней, имеющая правильную подчетырехугольную форму; при этом наиболее крупные валуны образуют внешнее обрамление кладки. Камни обожжены, поверх очажного устройства и среди камней прослежено скопление углей и золы. Костных остатков и археологических находок здесь не встречено. Нивелировочные отметки поверхности конструкции -160-163 см, ее основания -185-190 см.
  Объект 3 (квв.3,6). Расположен в 1.8 м к югу от очажного устройства 2. Представляет собой сложенную из обломков известняковой плиты платформу с ровной поверхностью (нивелировочные отметки -157-159 см). Камни аккуратно пригнаны друг к другу уложены в один ряд, для придания им единого уровня использованы подкладки из обломков плиты (рис.32).Конструкция имеет вытянутую в меридиональном направлении подпрямоугольную форму и размеры около 1.5 х 0.6 м. Ее возможное назначение будет рассмотрено при характеристике вещевого материала.
  Объект 4 (кв.7). В пределах исследованного участка выявлен лишь частично. Представляет собой расположенное в нижнем «углистом слое» очажное устройство из одного-двух ярусов мелких и обожженных булыжных камней, сложенное на материковой поверхности (рис.32,34). Меридиональная протяженность очага составляет 1.3 м; нивелировочные отметки его верхнего уровня - 144-150 см, нижнего - 160-168 см. На очаге расчищено скопление чешуи и костей рыб. Здесь же встречены обломки лепной посуды.
   С данным объектом, по-видимому, связана столбовая яма, расположенная от него в 10 см к северу, у самой стенки раскопа. Она выявлена при зачистке материка, имеет углистое заполнение и забутовку стенок из булыжника. Диаметр Столбовой ямы 18 см, углублена в материк на 16 см.
При зачистке материковой поверхности в квв.6-8 зафиксирована серия округлых ямок диаметром 3-5 см и глубиной 5-8 см фтс.23). Вполне возможно, что некоторые из них (с заполнением из серого или темного гумуса) - следы корневищ или кротовины. Вместе с тем, следует отметить группу ямок с углистым заполнением, в трех из которых найдены мелкие фрагменты лепной керамики. Такие ямки от колышков могут быть связаны с ранним периодом существования поселения.
  Наличие двух стратиграфических прослоек в непотревоженных отложениях предполагает необходимость привязки выявленных объектов к этим уровням. Очажное устройство 4 сооружено на материковой поверхности и залегает в нижнем «углистом слое». Его принадлежность к начальному освоению городищенской площадки не вызывает сомнений. Особую сложность вызывает вопрос о стратиграфическом соотношении с указанными уровнями объекта 1. Очаг расположен в подошвенной части вала из насыпной супеси, то есть должен по времени предшествовать его возведению. Он сооружен непосредственно на древней поверхности, накопление культурного слоя здесь не зафиксировано. Исходя из найденных в пределах объекта единичных обломков керамики эпохи раннего средневековья, есть основания связывать использование очага 1 с периодом накопления «углистого слоя» и его археологической синхронизацией с очагом 4.
  По стратиграфическим данным устанавливается принадлежность объектов 2 и 3 к единому уровню, документированному накоплением темного сыпучего гумуса («жилого слоя»). Как отмечалось, соотношение с последним установлено лишь на ограниченном участке. Тем не менее, более поздний (по сравнению с нижним углистым слоем) этап его формирования не вызывает сомнений (рис.10)
Раскоп II, участок 2. В отчетном сезоне траншея участка 1 продолжена в напольную сторону укреплений. Наличие на гребне вала многолетних деревьев с разветвленной корневой системой определило разбивку траншеи на расстоянии 1 м от участка 1. Протяженность нового участка составляет 10м при ширине 1 м. При прорезке напольной стороны памятника выявлена следующая стратиграфия (рис.11-12)
  Вал сооружен из напластований желтой стерильной и слабо гумусированной супеси, аналогичных прослойкам внутренней стороны укрепления. Насыпь сооружена на темно-сером стерильном слое (погребенная почва) максимальной мощностью до 40 см. С учетом погребенной почвы высота вала составляет 1.6 м, высота самой насыпи не превышает 1.2м. На протяжении 2 м от гребня прослеживается снивелированность погребенной почвы и перекрывающего его слоя стерильной супеси.
  В процессе произведенных раскопок обнаружено свыше 170 индивидуальных находок и собрана большая коллекция керамического материала. Лепная посуда, в основном, сохранилась во фрагментарном состоянии (анализ и описание керамики произведены ведущим специалистом в области изучения раннесредневековой посуды Старой Ладоги и сопредельных территорий Северо-Запада РФ к.и.н. Т.Б.Сениченковой). Сосуды, в основном, имеют диаметр 12-20 см, серия горшков достигает больших размеров диаметра - свыше 30 см. На поверхности сосудов наблюдаются следы заглаживания мокрой рукой или пучком травы. Один фрагмент имеет орнамент в виде двух рядов отпечатков, нанесенных концом деревянной палочки.
Среди лепной керамики можно выделить три группы:
1) Мелкие фрагменты сосудов из хорошо промешанного теста с незначительными включениями дресвы. Поверхность иногда украшена рядами ямок. Подобная керамика по своим истокам, по-видимому, восходит к «эпохе раннего металла».
2)   Незначительное количество фрагментов из рыхлого слоистого теста со средними или крупными включениями кварца и дресвы. Фрагменты часто крошатся. Цвет их песочный или кремовато-кирпичный. На одном фрагменте зафиксированы следы характерного соединения отдельных лент глины: «вмазывание» в друг в друга (этот архаичный способ соединения частей полого тела известен на территории Северо-Запада примерно с эпохи неолита. Несколько таких фрагментов стратиграфически связаны с нижним горизонтом «углистого слоя».
3)   Большинство обломков лепной керамики имеет серый или темно-серый цвет, изготовлено из плотного слоистого теста с включениями дресвы различного размера (от мелких до крупных фрагментов). Судя по определимым обломкам, среди них имеются горшки с четко выраженным ребром и 8-видным профилем. Такая посуда относится к последней четверти I тыс.н.э. г
Хронология памятника хорошо документирована индивидуальными находками) Последние, как отмечалось, преимущественно происходят из непотревоженного «жилого слоя» на городищенской площадке. Имеются, однако, и весьма значимые исключениЦ, свидетельствующие о беспокойной военной обстановке, связанной с самым северны^ форпостом формирующейся Руси. При раскопках обнаружено свыше десятки наконечников стрел, часть которых оказалась воткнутой в вал или каменную обкладку укрепления. Этот археологический факт полностью корреспондируется со следами пожара, выявленными при исследовании городища. Типы стрел датируются в широком хронологическом диапазоне, но верхняя граница использования некоторых из них не выходит за пределы IX (или,возможно, X) вв.
   В процессе раскопок получены интересные данные о быте и хозяйственной деятельности обитателей укрепленного поселка. Между объектами 2 и 3 (очажное или горновое устройство и расположенная рядом с ним аккуратно сложенная конструкция из пастелистой плиты) найдены достаточно многочисленные обломки тиглей - небольшие сосуды из обожженой глины, использовавшиеся древними ювелирами для выплавки цветного металла перед его разливкой в литейные формочки. Здесь же была обнаружена и сама формочка, изготовленная из песчаника. Но самым интересным открытием являлась находка серии металлических слитков - брусков или прутьев (бронза, свинцово-оловянистые сплавы). Это - полуфабрикаты для изготовления предметов из цветного металла, развозившиеся торговцами по всей огромной территории формирующейся Руси. Более того, имеются данные о производстве слитков на самом Любшанском городище. В данный момент остается открытым вопрос о происхождении металла из определенных рудных источников. Таковыми могли являться рудные залежи Западной Европы (Германия,Чехия, Англия) , нашего Приуралья или Арабского Востока. Но решить эту проблему, возможно, позволит только последующий (специально выполненный) спектральный анализ металла.
Древние любшанцы занимались обслуживанием судоходного пути, который в это время только начинал свое функционирование на Великом пути из Балтики в Восточноевропейскую равнину и далее на Кавказ, Закавказье и Арабский Восток. При раскопках найдена серия железных корабельных заклепок. Значимость их обнаружения заключается в том, что такие детали в корабельной технике использовались только для соединения деталей крупных морских судов. Далее выходцы из Балтики должны были оставлять свои корабли в удобной гавани и плыть затем на мелких речных судах. Ранее считалось, что таковым пристанищем для морских кораблей могла быть только Ладога, но сейчас (после проведенного цикла исследований) отсюда не может быть исключена и Любша.
Этническая принадлежность основной части укрепленного поселка. При характеристике результатов раскопок отмечалось наличие двух слоев на городищенской площадке и следы неоднократной перестройки укреплений памятника. Наиболее загадочным остается вопрос о племенной принадлежности первопоселенцев, оставивших
«углистый слой» на уровне материковой поверхности. Суть заключается в том, что кроме обломков лепной посуды здесь ничего обнаружено не было. Но керамика может относиться к «эпохе раннего металла» и к периоду, исторически связанному с возникновением первоначальной Ладоги (до серединыVIIIв.). В данном случае важное значение имеют результаты радиокарбонного анализа, полученные в 1998 г. (Лаборатория химико-технического анализа Института истории материальной культуры РАН). Результаты получились следующими. Со всеми поправками на полученную инфоримацию (самый ранний слой относится к эпохе, замкнутой в интервале последней трети VII-первой половины VIII в), сооружается первый примитивный вал и сооружается объект 4 в наиболее раннем «углистом слое». Данный слой может быть связан с аборигенным населением (местные финно-угры- «чудь» русских летописей) или новопоселенцами. Наиболее вероятно, что это - славянские пришельцы, связанные с первой волной славянской миграции на территорию будущей Руси. Их начальное появление в лесной зоне Восточной Европы относится к рубежу V - VI вв. н.э. В последующее столетие первая волна славянства (так называемые «носители культуры длинных курганов» ) могла достигнуть округи исторической Ладоги.
Наиболее интересен основной «жилой слой» Любшанского городища, с которым связано возникновение и функционирование каменных оборонительных укреплений. Данные археологии и радиокарбонного анализа угля из памятника позволяют отнести время появления уникальной для территории всей Восточной Европы каменно-земляной крепости примерно к середине VIII в. (до 770- х гг.). Памятник оставлен новой волной славян, осевших в рассматриваемом регионе за столетие до образования Русского государства. Изучение архитектурных особенностей крепости и вещевых находок свидетельствуют в пользу вероятного продвижения основателей каменной крепости из наиболее раннего ареала славянского расселения - Центральной и Южной Европы. По имеющимся аналогиям наша цитадель обнаруживает наибольшее сходство со славянскими каменно-земляными укреплениями Подунавья ( время существования - до конца IX в. ). [ см., напр.: Friesinger H., Vacha B.   Die vielen   Voter Osterreichs : Romer-Germanen-Slawen.   Wien,1987]. Вышесказанное не исключает наличия среди ранних поселенцев городища представителей других этнических группировок. Здесь могли обитать представители Северной Европы (скандинавы и выходцы из материковой Фризии или Ютландии), балты или еще не разделившиеся в диалектном отношении носители славяно-балтских языков, местные финны и т.д. Но данная тема требует го дальнейшего кабинетного и полевого археологического изучения.
Два сезона сравнительно небольших по объему раскопок Любшанского городища уже заставили не только взглянуть иначе на первые страницы предгосударственной и раннегосударственной истории Северной Руси, но и переосмыслить некоторые сюжеты этого загадочного периода. Однако даже в полевом отношении многое пока остается неясным. Необходимой задачей является обнаружение причин различия и времени соединения двух качественно различных по типологическому оформлению частей укреплений - их уникальному каменно-земляному звену(раскоп I) и земляной крепости, выявленной в расекопе II. Несомненно также, что в программу исследований должно входить изучение непотревоженного культурного слоя VIII-IХ вв. Здесь важно отметить наличие четких археологических прогнозов, которые уже заранее могут определить стратегию последующих раскопок. В последнем отношении особый интерес вызывают четко зафиксированные следы литейно-ювелирного производства, сконцентрированные на ограниченной площади, но предполагающие их дальнейшее исследование на еще не вскрытых участках.
   Важность дальнейшего изучения Любшанского городища представляется несомненной. Автор отчета выражает надежду, что эти работы будут продолжены.
   Начальник Любшанской           археологической экспедиции     Института     истории      материальной культуры Российской Академии наук, ведущий научный сотрудник ИИМК РАН, доктор исторических наук
/Рябинин Е.А.



[1]     Работы проводились на спонсорские средства, выделенные Фондом М. С.Горбачева и собранные по инициативе редакций «Новой газеты» и журнала «Огонек».
[2]     Петренко В.П., Шитова Т.Б. Любшанское городище и средневековые поселения Северного Поволховья // Средневековая Ладога. Л.,1985. С. 181-191.
[3]     Фиксация каменных конструктивных сооружений в 1997-1998 гг. выполнена ведущим архитектором Санкт-Петербургского научно-исследовательского и проектного института по реставрации памятников истории и культуры «Спецпроектреставрация» И.Л.Войновой. При ее ценной консультации осуществлялась характеристика и интерпретация вскрытых объектов.



АРХИВ





Нравится