ENG | РУС Новости О музее Посетителю Достопримечательности Литература Контакты Археологические исследования Фестиваль

Мероприятия


Михайлов К. А.

Михайлов К.А. Время появления камерных погребений в Старой Ладоге.


   Погребальные памятники Старой Ладоги неоднократно становились объектом пристального изучения. Однако большинство исследователей, главным образом, обращало внимание на самые яркие памятники региона, отличающие Ладогу от остальных раннесредневековых поселений, - сопки. Погребальные сооружения других типов вызвали меньше интереса. Может возникнуть впечатление, что ладожские жители, преимущественно, использовали для захоронений большие курганы. Однако эта точка зрения не совсем верна. В Ладоге были открыты различные типы грунтовых трупоположений и погребений по обряду сожжения, которые неоднократно публиковались такими исследователями как С.Н.Орлов, Г.Ф.Корзухина, Е.Н.Носов, В.А.Назаренко, Н.И.Платонова, С.Л.Кузьмин и А.И.Волковицкий. Ингумации Х в. в Ладоге единичны. Примером таких, отличных от сопок,  погребальных сооружений могут служить захоронения в погребальных камерах эпохи викингов.
     В Ладоге захоронения по этому обряду были открыты археологами только в могильнике Плакун на правом берегу Волхова напротив Земляного городища. Материалы этих погребений опубликованы в работах Г.Ф.Корзухиной, В.А.Назаренко и Е.Н.Носова. Всего исследовали две погребальных камеры. Первое – в кургане № 11, второе – в большом кургане вблизи Плакуна. На наш взгляд, с изучением этих погребений связано несколько важных вопросов: время появления камер в Восточной Европе в эпоху викингов и связь плакунского некрополя с раннесредневековым поселением на Земляном городище.
Сейчас уже не вызывает сомнений тот факт, что этот погребальный обряд появляется проникает в Древнюю Русь из Скандинавии и вместе со скандинавами. Основная масса захоронений в камерах была обнаружена на юге Руси, в Киеве, Шестовицах, Чернигове, а также в Гнездово. Всего на территории Руси  мне удалось зафиксировать около 70 древнерусских погребальных камер эпохи викингов (Михайлов 2001: 161).  
    В ряду других погребений по этому обряду захоронения на Плакуне имеют две основных особенности: самую раннюю дату в Восточной Европе и топографическую оторванность от поселения на Земляном городище. Дата сооружения камеры в кургане № 11 была установлена методом дендродатирования. Н.Б.Черных считает, что погребение произошло в середине 890-х гг. Датирующего погребального инвентаря в кургане № 11 обнаружено не было, и дендродата стала единственным аргументов для ранней датировки плакунского могильника.  
       Но, если при анализе древнерусских камер учитывать их скандинавское происхождение, то следует учитывать и скандинавскую хронологию этих захоронений. Например, около 100 камер эпохи викингов известно в Дании и более 120 в Швеции. Большинство этих захоронений, бесспорно, датируются Х в. и только несколько относятся к IX в. В датском городе викингов – Хедебю самые первые камеры появляются около 900 г.  Остальные возникли несколько позже. От трех до девяти камер, которые относят к IX в., были открыты в Бирке. Ещё одно раннее захоронение в камере было обнаружено на Борге в Бирке Леной Хольмквист-Олавссон и также датируется IX в. Однако, как бы нам ни хотелось удревнить скандинавские древности в России, наиболее вероятно, что камера из кургана № 11 и камера из большого кургана на Плакуне были сооружены в первой половине - середине Х в (Михайлов 1997; Михайлов 2002). Долгое время считалось, что в Ладоге плакунские камеры – это уникальное явление, характерное только для “изолированного” скандинавского могильника. Однако, как показали некоторые исследователи, при реконструкции топографии и характера погребальных памятников окрестностей Ладоги важную роль могут играть случайные находки скандинавских фибул. Такие находки были сделаны к югу от Земляного городища и в могильнике Победище на территории Сельхозиехники, также пара овальных фибул происходит из сборов Н.И.Репникова вблизи Земляного городища (Волковицкий, Кузьмин 2001: 50-51). Некоторые из этих находок А.И.Волковицкий и С.Л.Кузьмин связывают с разрушенными погребениями ладожского некрополя. Эта точка зрения кажется нам наиболее приемлемой, так как хорошая сохранность фибул и их концентрация к югу от поселения характерны для находок из могильника.
     Овальные фибулы Первая, скорее всего, поступила из сборов на Земляном городище, подаренных Н.И.Репникову в 1904 г. (Гос. Эрмитаж, ОАВЕС, № 1005\26) (рис. 1). С.Л.Кузьмин считает, что из сборов 1904 г. происходила пара фибул. Эту находку отличает прекрасная сохранность, хорошее качество отливки и прекрасная сохранность позолоты на поверхности фибулы. Сохранилась только верхняя, орнаментированная крышка фибулы, которая, по своим деталям (Rc1, Sa3, Hb по И.Янссону),  может быть отнесена к типу P 51 С1 (Jansson 1985: 70-71). Вторая фибула была обнаружена на могильнике Победище при строительстве Сельхозтехники (СЛМ, КП 7852/А 5995) (рис. 2). Фибула хорошо сохранилась и может быть отнесена к типу Р 51 В1 по И.Янссону (Jansson 1985: 70-71, Fig.65). Третья фибула происходит из сборов около южного вала Земляного городища (СЛМ, КП 370/ А 287) (рис. 3). Фибула хорошей сохранности со следами позолоты и без следов пребывания в огне. Она должна быть онесена к типу Р 51 С3 (Rc2, Sb) (Jansson 1985: 70-71). Отсутствие следов пребывания в огне, парная находка фибул (в первом случае) и хорошая сохранность, не характерны для других находок из цветных металлов, обнаруженных в культурном слое Ладоги. Всё это позволяет отнести эти фибулы к находкам из разрушенных погребений по обряду трупоположения.
     При анализе этих находок необходимо также упомянуть ряд статистических данных, связанных с находками овальных фибул. Например, в могильниках Бирки овальные фибулы обнаружены в 155 комплексах,  из которых 124 являлись трупоположениями (по И.Янссону). Из них в 47 случаях фибулы были найдены в погребениях, находящихся в гробовище в яме, 31 – в простой яме и 45 – в деревянной камере. Наиболее многочисленный тип овальных фибул принадлежит к различным вариантам Р 51С (31 комплекс) (Gräslund 1980: 87; Jansson 1985: 204-205). Находки овальных фибул именно этого типа наиболее распространены в Восточной Европе. Следует отметить, что фибулы именно этого типа были обнаружены среди случайных находок в Ладоге. В древнерусских могильниках наибольшее число овальных фибул обнаружено в Гнездово. Там учтен 41 комплекс по обряду сожжения и пять в ингумациях - в камерах (по Ю.Э.Жарнову). Но, следует учитывать, что в отличие от Бирки, в Гнездово из 126 ингумаций (по Ю.Э.Жарнову) овальные фибулы обнаружены только в камерах (Жарнов 1991; Жарнов 1998: 99, 100-101). Такая же картина зафиксирована в Киеве и Шестовицах. В отличие от Скандинавии, древнерусские парные захоронения мужчины и женщины в камерах никогда не содержат овальных фибул. Повидимому, на данном этапе статистические позволяют утверждать, что в древнерусских некрополях Х в. овальные фибулы могут принадлежать только к одному виду ингумаций эпохи викингов – погребениям в камерах и, вероятнее всего, к одиночным женским погребениям.
       В шведском могильнике Бирка значительное число женских погребений в гробах были обнаружены вместе с овальными фибулами. Такое массовое появление подобных ингумаций часто объясняют влиянием христианских миссионеров и наличием в Бирке христианской общины. Этот факт подтверждается письменными источниками. В этом случае письменные и археологические источники подтверждают друг друга. Ничего подобного в Северной Руси и Гнездово на археологических материалах мы, пока, наблюдать не можем. В материалах древнерусских могильников Х в., в отличие от скандинавских городских некрополей, повидимому. отсутствуют массовые находки трупоположений эпохи викингов.
      Следует также учитывать, что в Гнездово, Шестовицах и Киеве все достоверные находки овальных скандинавских фибул происходят или из погребений по обряду сожжения, или из одиночных женских погребений в камерах. В обычных  трупоположениях в ямах, домовинах или гробах овальные фибулы, пока, почти не встречаются. Если учитывать этот факт, то следует допустить, что в Ладоге погребения в камерах, помимо Плакуна, могли быть и в других могильниках вокруг Земляного городища. В Древней Руси овальные фибулы типа Р51С в Х в. являлись наиболее распространенным на Руи тпом подобных украшений. В Бирке эти фибулы были наиболее многочисленным типом и связаны с последней фазой существования могильника (Jansson 1985: 227). В Старой Ладоге большинство находок скандинавских украшений и фибул также соотносятся с горизонтом Д, который датируется не ранее второй четверти Х в. Они были распространены во второй-третьей четверти Х в., и датировка этих фибул совпадает с распространением в Восточной Европе обряда захоронения в камерах. В связи с этим следует отметить, что погребение в камере из кургана № 11 остается единственным ранним погребением в камере, как на фоне подобных древнеруссих погребений, так и самих ладожских материалов. Порубочная дата бревен из погребения отнесена к 890-м гг. Однако из истории исследований слоя с органикой в древнерусских городах, мы знаем многочисленные примеры, когда дерево использовалось вторично. Повидимому, в этом случае порубочная дата ошибочно используется для определения времени совершения самого погребения. Находки овальных фибул из погребений и захоронение на вершине большого кургана на Плакуне, на наш взгляд, указывают на то, что обряд захоронения в камерах распространяется в Ладоге, также как и в Скандинавии, и в Древней Руси не ранее первой - второй четверти Х в.
   Подводя итог, хотелось бы отметить, что кроме могильника Плакун, в Ладоге к югу от раннесредневекового поселения на Земляном городище могло существовать несколько некрополей с захоронениями в камерных погребениях. Судя по находкам овальных скандинавских фибул типа Р 51С, эти камеры, вероятнее всего, могли быть сооружены во второй - третьей четверти Х в. Находки этих типов погребений могут свидетельствовать о том, что по соотношению различных типов погребальных обрядов ладожские могильники Х в., скорее всего, были аналогичны другим раннегородским “дружинным” некрополям Древней Руси, таким как  Гнёздово, Псков, Тимерёво или Шестовицы


к списку публикаций


Нравится